Неточные совпадения
Алексей Александрович сочувствовал гласному суду в принципе, но некоторым подробностям его применения у нас он не вполне сочувствовал, по
известным ему высшим служебным
отношениям, и осуждал их, насколько он мог осуждать что-либо высочайше утвержденное. Вся жизнь его протекла в административной деятельности и потому, когда он не сочувствовал чему-либо, то несочувствие его было смягчено признанием необходимости ошибок и возможности исправления в каждом деле.
Обозначив в порядке все, что известно было судебному следствию об имущественных спорах и семейных
отношениях отца с сыном, и еще, и еще раз выведя заключение, что, по
известным данным, нет ни малейшей возможности определить в этом вопросе о дележе наследства, кто кого обсчитал или кто на кого насчитал, Ипполит Кириллович по поводу этих трех тысяч рублей, засевших в уме Мити как неподвижная идея, упомянул об медицинской экспертизе.
Он знал ее девочкой-подростком небогатого аристократического семейства, знал, что она вышла за делавшего карьеру человека, про которого он слыхал нехорошие вещи, главное, слышал про его бессердечность к тем сотням и тысячам политических, мучать которых составляло его специальную обязанность, и Нехлюдову было, как всегда, мучительно тяжело то, что для того, чтобы помочь угнетенным, он должен становиться на сторону угнетающих, как будто признавая их деятельность законною тем, что обращался к ним с просьбами о том, чтобы они немного, хотя бы по
отношению известных лиц, воздержались от своих обычных и вероятно незаметных им самим жестокостей.
Абсолютное в
отношении к нему остается совершенно пассивным, оно его не знает, он есть жертва его попустительствующей полноты, — в
известном смысле ее изнанка.
Но особенно характерно в этом
отношении известное место 6‑й книги «Государства» о благе: «так это, доставляющее истинность познаваемому и дающее силу познающему, называй идеей блага, причиной знания и истины, поскольку она познается умом.
Поэтому религиозное мироощущение неизменно сопровождается
известным разочарованием в этом мире, пессимизмом в
отношении к данному его состоянию, тем, что иногда зовется «мировой скорбью», но в то же время пессимизм этот есть только тень, которую бросает свет радостной веры, сулящей победу над миром, подающей надежду на освобождение и спасение.
Исчерпывающей нормой
отношений между полами не может быть одна влюбленность жениха и невесты, соединенная с отрицанием брака (хотя в антитетике любви бесспорно присутствует и этот мотив: влюбленные в
известный момент любви не хотят брака).
Очевидно, власть имеет какое-то
отношение к самому существу человеческого духа, и надо прежде всего отвергнуть рационалистические измышления «просветительства», будто власть и право кем-то изобретены, выдуманы на
известную потребу, произошли вследствие «общественного договора» или свободного соглашения [Теорию «общественного договора» (как переход разрозненных индивидов от естественного к социально-государственному состоянию путем взаимного ограничения и перенесения друг на друга прав, что фиксировалось в договоре) разрабатывали философы-просветители: Ж. Ж. Руссо, Т. Гоббс, Дж. Локк и др.].
Не нужно до конца предаваться заботам и интересам мира сего, каковы бы они ни были, нужно соблюдать по
отношению к ним
известную внутреннюю дистанцию, сохранять духовную свободу.
Христианство вполне удерживает серьезный и трагический характер, свойственный вообще религии, и даже больше, чем всякая другая религия, дает оно почувствовать горечь мира, вселяет в
отношении к нему
известную безочарованность, а вместе и заставляет ощутить степень удаления человека от Бога.
С этого времени я в аудитории пользовался величайшей симпатией. Сперва я слыл за хорошего студента; после маловской истории сделался, как
известная гоголевская дама, хороший студент во всех
отношениях.
Один очень почтенный и
известный французский писатель сказал на одном интернациональном собрании, на котором я читал доклад: «Из всех народов французы более всего затруднены в своих
отношениях к ближнему, в общении с ним, это результат французского индивидуализма.
Это определяется тем, что познает не трансцендентальный субъект, не универсальный разум, как учил германский идеализм, а конкретный человек с
известной душевной структурой, с зависимостью от социальных
отношений людей.
Тоска по свободе овладевает некоторыми субъектами периодически и в этом
отношении напоминает заной или падучую; рассказывают, будто она является в
известное время года или месяца, так что благонадежные каторжные, чувствуя приближение припадка, всякий раз предупреждают о своем побеге начальство.
В числе моих более близких знакомых французов состоял уже с позапрошлого зимнего сезона приятель Вырубова и русского химика Лугинина — уже очень
известный тогда в парижских интеллигентных сферах профессор Медицинской школы по кафедре химии Альфред Наке. О нем я и раньше знал, как об авторе прекрасного учебника, который очень ценился и у нас. Вырубов быт уже с ним давно в приятельских
отношениях, когда я познакомился с Наке.
В настоящее время противники живосечений носятся с Лаусон-Тэтом, очень
известным практическим хирургом, и с совершенно уж ни в каком
отношении неизвестным «медиком-хирургом» Белль-Тайлором.
— Это показывает, что у каждого из нас, кроме гостей,
известных нашему союзу, могут быть свои, особые, прежние знакомые, и эти знакомые, чуждые по своему направлению стремлениям нашей ассоциации, могут нас посещать: не здесь, — не так ли? — Рождается отсюда вопрос: как мы должны вести себя в
отношении к таким гостям?
— Я решил, жалея князя и охраняя честь его рода от еще большого позора, передать все это вашему сиятельству, не зная, что ваше сиятельство, в силу не бывших до сих пор мне
известными семейных
отношений, не признаете его вашим родственников.
Вы можете себе представить, сколько разных дел прошло в продолжение сорока пяти лет через его руки, и никогда никакое дело не вывело Осипа Евсеича из себя, не привело в негодование, не лишило веселого расположения духа; он отроду не переходил мысленно от делопроизводства на бумаге к действительному существованию обстоятельств и лиц; он на дела смотрел как-то отвлеченно, как на сцепление большого числа
отношений, сообщений, рапортов и запросов, в
известном порядке расположенных и по
известным правилам разросшихся; продолжая дело в своем столе или сообщая ему движение, как говорят романтики-столоначальники, он имел в виду, само собою разумеется, одну очистку своего стола и оканчивал дело у себя как удобнее было: справкой в Красноярске, которая не могла ближе двух лет возвратиться, или заготовлением окончательного решения, или — это он любил всего больше — пересылкою дела в другую канцелярию, где уже другой столоначальник оканчивал по тем же правилам этот гранпасьянс; он до того был беспристрастен, что вовсе не думал, например, что могут быть лица, которые пойдут по миру прежде, нежели воротится справка из Красноярска, — Фемида должна быть слепа…
Отношение к смертной казни может быть в
известном смысле мерилом нравственного сознания.
Большинство из них (лгуны-лицемеры) не только не страдает от того, что общество изнемогает под игом насильно навязанных ему и не имеющих ни малейшего
отношения к жизни принципов, но даже извлекает из общественной забитости
известные личные удобства.
Отношение масс к
известной идее — вот единственное мерило, по которому можно судить о степени ее жизненности.
Инвентари до
известной степени ограничивали хозяйственный и отчасти личный произвол помещика по
отношению к крестьянам.] сделали некоторым образом шаг к тому! — присовокупил Марьеновский; но присовокупил совершенно тихим голосом, видя, что горничная и Иван проходят часто по комнате.
Мы в этом
отношении поставлены несомненно выгоднее. Мы рождаемся с загадкой в сердцах и потом всю жизнь лелеем ее на собственных боках. А кроме того, мы отлично знаем, что никаких поступков не будет. Но на этом наши преимущества и кончаются, ибо дальнейшие наши
отношения к загадке заключаются совсем не в разъяснении ее, а только в
известных приспособлениях. Или, говоря другими словами, мы стараемся так приспособиться, чтоб жить без шкур, но как бы с оными.
Притом же, чтобы не переврать петербургскую новость, надо стоять на высоте ее, знать
отношения, управляющие людьми и делами, уметь не приписать
известному лицу того, что ему несвойственно, одним словом, обработать уличный слух в таком виде, чтобы он не поражал своим неправдоподобием.
Неелов, обжившись в Москве, был с нею в хороших
отношениях и даже успел войти в соглашение относительно
известного процента с выигранного им рубля, за что ему предоставлялось доставлять карты.
Несмотря на многолетнее служение слепой, нелицеприятной и строгой Фемиде, в его сердце не были порваны человеческие струны. Ему не представлялся обвиняемый в форме
отношения за
известным номером в папке с синей оберткой, на которой напечатано слово «Дело». Он всегда видел в нем человека, старался заглянуть к нему в душу, расшевелить его совесть, нравственно на него воздействовать.
Между ней и графом Петром Васильевичем, таким образом, является случайно связующая их тайна, и тайна серьезная, так как данное ею ему слово быть его другом, «ангелом-хранителем», как он выразился, налагало на нее
известные по
отношению к нему обязанности.
Выяснить своими усилиями свое
отношение к миру и держаться его, установить свое
отношение к людям на основании вечного закона делания другому того, что хочешь, чтобы тебе делали, подавлять в себе те дурные страсти, которые подчиняют нас власти других людей, не быть ничьим господином и ничьим рабом, не притворяться, не лгать, ни ради страха, ни выгоды, не отступать от требований высшего закона своей совести, — всё это требует усилий; вообразить же себе, что установление
известных порядков каким-то таинственным путем приведет всех людей, в том числе и меня, ко всякой справедливости и добродетели, и для достижения этого, не делая усилий мысли, повторять то, что говорят все люди одной партии, суетиться, спорить, лгать, притворяться, браниться, драться, — всё это делается само собой, для этого не нужно усилия.
— Калинович, — отвечал он, ожидая, что тот спросит, не автор ли он
известной повести «Странные
отношения», но студент не спросил.
Блинов — профессор университета, стяжал себе
известное имя, яко политико-эконом и светлая финансовая голова, затем, как я уже сказал вам, хороший человек во всех
отношениях — и вдруг этот самый генерал Блинов, со всей своей ученостью, честностью и превосходительством, сидит под башмаком какого-то урода.
Наконец Сусанна Ивановна решительно объявила ему, что жить более с ним не намерена и уезжает сегодня же, что он с детьми может оставаться в деревне, а она со своей стороны, так как все состояние принадлежит ей, будет высылать ему и детям ежегодно
известного рода пенсию, и засим просит считать ее свободною во всех
отношениях.
На третий день после свадьбы она, под диктовку мужа, написала в коммуну
известное уже письмо и тем покончила все
отношения к бывшим своим сожителям.
«Но нет, и на куртизанку не похожа: держит себя хоть и развязно, но в высшей степени прилично и с таким тактом, и потом эта глубокая почтительность, с которою к ней все относятся, — да что же наконец все это такое?!» За обедом она кстати упомянула в разговоре несколько имен
известных аристократических домов, с которыми, по-видимому, у нее было знакомство и свои
отношения, и это еще более заставило студента отдалиться от предположения, что его соседка — светская куртизанка.
Иным посчастливилось пооткрывать «конторы» или заручиться крупными клиентами — это были аристократы столичных подонок, [Осадок, то, что опало на дно.] не только терпимые в обществе, но даже порой пользовавшиеся
известным уважением — как ни странно звучит по
отношению к ним это слово.
Для этого надо было принять имя какого-нибудь лица, ему хорошо
известного, знать его место рождения и семейные
отношения, подходящего по летам и той национальности, язык которой он, Савин, знал.
Прибыв в город, где у Катерины Астафьевны был
известный нам маленький домик с наглухо забитыми воротами, изгнанный майор и его подруга водворились здесь вместе с Драдедамом. Прошел год, два и три, а они по-прежнему жили все в тех же неоформленных
отношениях, и очень возможно, что дожили бы в них и до смерти, если бы некоторая невинная хитрость и некоторая благоразумная глупость не поставила эту оригинальную чету в законное соотношение.
А что касается его выстрела в Горданова, то он стрелял потому, что Горданов,
известный мерзавец и в жизни, и в теории, делал ему разные страшные подлости: клеветал на него, соблазнил его сестру, выставлял его не раз дураком и глупцом и наконец даже давал ему подлый совет идти к скопцам, а сам хотел жениться на Бодростиной, с которой он, вероятно, все время состоял в интимных
отношениях, между тем как она давно дала Висленеву обещание, что, овдовев, пойдет замуж не за Горданова, а за него, и он этим дорожил, потому что хотел ее освободить от среды и имел в виду, получив вместе с нею состояние, построить школы и завести хорошие библиотеки и вообще завести много доброго, чего не делал Бодростин.
По
отношению к первому, снисходительнейшие читатели еще милостиво извиняют автора приведением в его оправдание слов Гоголя, что «хорошего русского человека будто бы рельефно нельзя изображать», но зато по
отношению к Ларе суд этот гораздо строже: автор слышит укоризны за неясность нравственного образа этой женщины, напоминающей, по словам некоторых судей, таких
известных им лиц, которые, «не называясь умопомешанными, поступают как сумасшедшие».
[Для уразумения этого необходимо напомнить читателю, что Балалайкин-сын
известной когда-то в Москве цыганки Стешки, бывшей, до выхода в замужество за провинциального секретаря Балалайкина, в интимных
отношениях с Репетиловым, вследствие чего Балалайкин и говорит что Репетилов ему «кроме того, еще чем-то приходится» (см «Экскурсии в область умеренности и аккуратности»).
Правда, устройство жизни в главных чертах остается всё таким же насильническим, каким оно было 1000 лет тому назад, и не только таким же, но в некоторых
отношениях, особенно в приготовлениях к войне и в самых войнах, оно представляется даже более жестоким; но зарождающееся христианское общественное мнение, то самое, которое при
известной степени развития должно изменить всё языческое устройство жизни, уже начинает действовать.
Но тем-то и отличается христианское исповедание от языческого, что оно требует от человека не
известных внешних отрицательных действий, а ставит его в иное, чем прежде,
отношение к людям, из которого могут вытекать самые разнообразные, не могущие быть вперед определенными поступки, и потому христианин не может обещаться не только исполнять чью-либо другую волю, не зная, в чем будут состоять требования этой воли, не может повиноваться изменяющимся законам человеческим, но не может и обещаться что-либо определенное делать в
известное время или от чего-либо в
известное время воздержаться, потому что он не может знать, чего и в какое время потребует от него тот христианский закон любви, подчинение которому составляет смысл его жизни.
Стр. 154. РекамьеЖюли (1777–1849) — жена парижского банкира, салон которой был модным политическим и литературным центром, объединявшим людей, оппозиционно настроенных по
отношению к Наполеону I. В 1819 г. переселилась в монастырь Аббе-о-Буа, где в ее салоне собирались
известные политические деятели, литераторы, ученые.
События и воспитали в Петре природную живость и энергию его натуры; события же до
известной степени определили и его
отношения к древней Руси, с ее предрассудками, грубостью и невежеством.
— Ты, пожалуйста, не смотри на меня, как на дикого зверя. Напротив того, я не только понимаю, но в
известной мере даже сочувствую… Иногда, после бесконечных утомлений дня, возвращаюсь домой, — и хочешь верь, хочешь нет, но бывают минуты, когда я почти готов впасть в уныние… И только серьезное
отношение к долгу освежает меня… А кроме того, не забудь, что я всего еще надворный советник, и остановиться на этом…
Это постоянное, странно-выжидательное состояние оказывает
известное влияние и на его
отношения к людям. Когда в воздухе носятся либеральные веяния, он льнет к либералам, а консерваторов называет изменниками. Когда на рынке в цене консерватизм, он прилепляется к консерваторам и называет изменниками либералов. Но это в нем не предательство, а только следствие слишком живучего желания пристроиться.
Удачный человек, «счастливый», с естественною обязательностью совершает
известные поступки и инстинктивно чуждается других поступков, он вносит порядок, который он физиологически являет собою, в свои
отношения к людям и вещам.
Вспоминая
отношение Любови к брату, до
известной степени настроенный ее рассказами о Тарасе, он ожидал увидать в лице его что-то необычное, не похожее на обыкновенных людей.
Взятый сам по себе, со стороны своего внутреннего содержания, этот тип не весьма выразителен, а в смысле художественного произведения даже груб и не интересен; но он представляет интерес в том
отношении, что служит наивернейшим олицетворением
известного положения вещей.
По
отношению образования крепостных людей, отец всю жизнь неизменно держался правила: всякий крестьянин или дворовый по достижении сыном соответственных лет обязан был испросить позволения отдать его на обучение
известному ремеслу, и бывший ученик обязан был принести барину на показ собственного изделия: овчину, рукавицы, подкову, полушубок или валенки, и только в случае одобрения работы, отцу дозволялось просить о женитьбе малого.